Twitter Виртуального Бреста Группа в одноклассниках

Новый закон о нацбезопасности в Беларуси: появятся ли на улицах танки?

4 19  Июня 2021 г.  в 10:39, показов: 4002 : Выборы в Республике Беларусь

Что относиться к боевой и спецтехнике, находящейся на вооружении МВД? В каком случае сотрудник милиции имеет право применить табельное оружие? Можно ли фотографировать и снимать на видео правоохранителя при исполнении им служебных обязанностей?

Правовые изменения по вопросам национальной безопасности вступают в силу с 19 июня. Поправки внесены в шесть действующих законов – об органах госбезопасности, о внутренних войсках МВД, о государственной границе, об органах пограничной службы, о госохране и об органах внутренних дел.

© SPUTNIK / ВИКТОР ТОЛОЧКО

О некоторых новациях рассказал в интервью корреспонденту Sputnik член Постоянной комиссии Палаты представителей по нацбезопасности Иван Мамайко.

"Принятие поправок связано не только с прошлогодними массовыми беспорядками. Эта проблематика рассматривалась уже давно. Время требует внесения корректив", – подчеркнул депутат.

Массовые беспорядки

Новым законом уточняются условия использования боевой и специальной техники. К основаниям для ее применения добавляется пункт – для пресечения массовых беспорядков.

По словам парламентария, на самом деле ничего нового здесь нет. В действующем до 19 июня законе об органах внутренних дел четко перечислены основания для применения боевой и специальной техники. Среди них – защита граждан от нападения, угрожающего жизни и здоровью, если пресечь его иными способами не представляется возможным; освобождение заложников; отражение группового или вооруженного нападения, в том числе с использованием транспортных средств, на охраняемые объекты, населенные пункты, здания, сооружения. Все эти пункты сохраняются.

"Но дело в том, что было еще одно основание, которое звучало так – "в иных случаях, определяемых президентом". Именно этим абзацем и руководствовались правоохранители, пресекая беспорядки. А сейчас вместо него в закон добавилось понятие массовых беспорядков", – рассказал собеседник Sputnik.

Депутат обратил внимание на то, что происходит сегодня в соседних с Беларусью странах. "Специальная боевая техника для пресечения массовых беспорядков там применяется направо и налево. Посмотрите последние события, например, в Польше, Бельгии. Там используют водометы", – подчеркнул он.

Разработчики законопроекта изучали опыт ближних государств. "Здесь нет никаких революционных инноваций. Например, в России действует федеральный закон о полиции. Им предусмотрено применение боевой и специальной техники для пресечения массовых беспорядков. Такой же закон и в Армении. Там все это тоже четко прописано", – констатировал Мамайко.

Речь о танках не идет

"К сожалению, люди, которые пытаются создать негативную окраску новому закону, делают упор на боевую технику. Мы же говорим о применении боевой и специальной техники. Получается выхвачено из контекста само словосочетание "боевая техника", которая у людей начинает ассоциироваться с танками", – сообщил депутат.

Он подчеркнул, что речь идет не о танках. Это технические средства, которые применяются для обеспечения охраны общественного порядка. Они находятся на вооружении Министерства внутренних дел. "К ним относятся водометы, специальные автомашины, которые позволяют ставить различные заграждения и прочее. Танки не состоят на вооружении МВД", – пояснил законодатель.

Нападение на милиционера

Много шума в прессе вызвали законодательные корректировки, связанные с усовершенствованием порядка применения табельного оружия правоохранителями.

Парламентарий подчеркнул, что никаких дополнительных оснований для использования такого оружия не добавляется. По его словам, профессиональный разговор о том, что в законодательстве в этой в части есть некоторые шероховатости, шел уже давно.

Дело в том, что в законе было много отсылочных норм. "Например, лицо пытается насильственным способом завладеть оружием и боеприпасами, находящимися у сотрудника внутренних дел. На милиционера нападают с целью захвата, и он может применить табельное оружие", – уточнил Мамайко.

При этом он должен действовать, стремясь причинить наименьший вред жизни и имуществу гражданина, оказать в случае необходимости помощь, вызвать скорую.

Сотрудник милиции освобождается от ответственности за применение оружия, если выполнил все эти требования. Однако в прежнем законе прописано одно условие – "причиненный вред должен быть соразмерен силе преодолеваемого противодействия".

"Вот как ему это определить? Ведь ситуация стрессовая, минутная. Милиционеру могут причинить телесные повреждения, убить. Счет идет на секунды. Он выхватывает оружие, а еще и должен держать в голове соразмерность вреда? Поэтому данное условие убирается из закона", – рассказал законодатель.

Оружие у преступника

Табельное оружие может также применяться в отношении лица, совершившего тяжкое преступление. "Преступник застигнут на месте и пытается убежать, не реагирует на требования остановиться. В предыдущей редакции закона тоже оговаривается условие: необходимо, чтобы нарушитель в ответ угрожал применить оружие. Эта ситуация совершенно абсурдная. Преступник убил двоих-троих, пытается скрыться, милиционер кричит "Стой!". Но при этом правонарушитель никаким оружием не угрожает", – привел пример собеседник. А это значит, что правоохранитель не имеет права стрелять.

"Получается, милиционер должен быть суперменом, который очень развит физически и бегает быстрее, чем любой преступник. Может, нарушитель – мастер спорта по легкой атлетике? Сотрудник правоохранительных органов его не догонит, но и применить оружие не может", – пояснил депутат.

Поэтому отсылочная норма, которая предполагала обязательное наличие оружия у правонарушителя для того, чтобы милиционер мог использовать свое, из нового закона исключается.

"Вспомним мировой опыт. В законах большинства штатов Америки четко оговорено, что любые требования полицейского при исполнении им обязанностей гражданским лицом должны выполняться незамедлительно. А любые действия, которые могут быть истолкованы как нападение, пресекаются вплоть до применения оружия", – рассказал Мамайко.

По мнению парламентария, у правоохранителей должен быть инструмент обеспечения безопасности граждан. Если преступник не реагирует на четкие и конкретные требования сотрудника милиции прекратить противоправные действия, то достаточно самого факта неподчинения. "Доводить ситуацию до угроз оружием в адрес милиционера необязательно", – считает парламентарий.

Запрет на видеосъемку

В обновленном нормативном акте прописан запрет на осуществление посторонними лицами фото- и видеосъемки должностных лиц, которые ведут процессуальный процесс.

"Все течет, все меняется. Технический прогресс принес нам достижения, о которых раньше и не предполагали. Сегодня любой может достать смартфон и снимать. Поэтому и прежняя редакция закона устарела", – отметил Мамайко.

В отдельных правовых актах и ранее было предусмотрено обязательное получение разрешения, согласия, того должностного лица, которое хотят снимать, сообщил депутат. Это прописано в ПИКоАП.

"Вот, например, едет подвыпившая компания. Их останавливает гаишник. И со всех сторон уже снимают это на телефоны, угрожают увольнением сотруднику ГАИ. А ведь он ведет административный процесс", – пояснил Мамайко.

Происходит вмешательство в этот процесс, давление на должностное лицо. Поэтому было решено закрепить такой запрет и в законе об органах внутренних дел.

Парламентарий пояснил, что если фотограф-нарушитель снимает без разрешения, то по отношению к нему тоже начинается административный процесс. Тогда мобильный телефон могут изъять.

Депутат подчеркнул, что со стороны сотрудника милиции сначала должен прозвучать устный запрет. "Не согласен? Обратись с претензией по закону, аргументируй, что твои свободы были нарушены. Требуй компенсацию, привлекай к ответственности сотрудника через гражданское законодательство. Так этим же заниматься никто не хочет!" – считает Мамайко.

Он добавил, что пресечение любого правонарушения, которое рассматривается как уголовное или административное, является процессуальным действием. Сюда относятся и массовые беспорядки.

"Надо все проецировать на жизненные ситуации. Когда человек с противоположной стороны улицы тихонько снимает, как правило, это не вызывает бурной отрицательной реакции со стороны правоохранителя. А когда с камерой лезут в глаза и мешают выполнять служебные обязанности, то это другой вопрос", – заявил Мамайко.

Применение спецсредств

В соответствии с предыдущей редакцией закона, для того чтобы надеть на задержанного нарушителя наручники, был необходим факт проявления агрессии с его стороны.

"Давайте рассмотрим ситуацию. Сейчас задержанный будто спокойный, а через 30 секунд сел в служебную машину и полез в драку. Или, например, его доставили в изолятор временного содержания, а он там начинает буйствовать. Поэтому сотруднику милиции предоставляется право действовать по своему усмотрению в применении спецсредств к задержанному", – рассказал парламентарий.

Он уточнил, что речь идет о пассивных специальных средствах, таких как наручники, а не об активных, к которым относятся дубинки.

Киберпреступность

В криминальной милиции появляется новая структура по борьбе с киберпреступностью. Мамайко подчеркнул, что система органов внутренних дел не статична.

"И преступность тоже достаточно динамично и гибко развивается. Сейчас вектор направлен в цифровую сферу", – отметил он.

Во всем мире наблюдается рост преступной деятельности, связанной с компьютерами и интернетом. Правоохранители пытаются ответить адекватно, то есть собирают профессионалов, которые специализируются именно на этом виде правонарушений, добавил парламентарий.

В данном случае меняется закон об органах внутренних дел. В криминальной милиции МВД в свое время появились подразделения по противодействию незаконной торговле людьми и по борьбе с нелегальным оборотом наркотиков. Оно раньше входило в систему уголовного розыска, а потом приобрело статус самостоятельной структуры, пояснил Мамайко.

По такому же принципу создается и подразделение по борьбе с киберпреступностью. Оно будет акцентироваться на конкретных вопросах и получит дополнительные возможности.

"Преступность уходит в виртуальную среду. Вот мы смотрим старые фильмы. Когда-то крутыми были медвежатники, которые вскрывали сейфы. На сегодняшний момент это уже архаика. Механических сейфов как таковых осталось очень мало, но зато у нас появились кибервзломщики сайтов", – отметил Мамайко.

Военизированная организация

Органы внутренних дел получают статус военизированной организации. Что же это значит?

"В научной среде было много дискуссий, чтобы дать определение этому понятию. И в России, и в Беларуси сошлись на том, что военизированная организация – это такой орган, который руководствуется в своей деятельности не только Трудовым кодексом, но и положением о прохождении службы", – пояснил собеседник Sputnik.

Один из критериев, который определяет военизированные органы, это их право приобретать боевое оружие, ручное, стрелковое, отметил Мамайко. По его словам, "де-факто органы внутренних дел являлись военизированной организацией, но де-юре в отраслевом законодательстве это не было закреплено".

Он добавил, что в связи с этим правовым уточнением никаких дополнительных функций и полномочий у правоохранителей не появляется.




Система Orphus

Оставить свой комментарий можно после
регистрации на сайте или в чате Telegram


smile 2021-06-19 15:09
Тем не менее подобное родилось отнюдь не в застенках Беларусьфильма




↑ -8 ↓

smile 2021-06-19 15:15
И самое смешное, что все именно к этому и идет, но снимать про это уже, по всей видимости, нельзя даже несмотря на то, что спецэффекты шагнули на десять шагов вперёд. Только в сериалах все ещё встретишь рассуждения на тему нашего светлого корпоративного будущего.

↑ -9 ↓

falkon32 2021-06-21 16:20
И за что минусуют интересно ?)

↑ -2 ↓

kuvalda 2021-06-19 13:05
да есть уже танки на улицах
стоят давно.. напоминанием для тех кто забыл уроки войны


↑ +15 ↓


Страницы: [1]