Twitter Виртуального Бреста Группа в одноклассниках

S&P — о кредитном рейтинге Беларуси, уровне госдолга и перспективе заморозки вкладов

23  Октября 2020 г.  в 09:37, показов: 2224 : Бизнес, экономика, аналитика

В августе-сентябре международные рейтинговые агентства одно за другим выдавали свои оценки по экономической ситуации в Беларуси. Например, Standard & Poor’s подтвердило долгосрочные и краткосрочные суверенные кредитные рейтинги Беларуси на уровне «B», сохранив «негативный» прогноз. В интервью TUT.BY директор группы «Суверенные рейтинги» S&P Global Ratings Максим Рыбников рассказал, что означают рейтинги, какие перспективы у белорусской экономики, насколько большой госдолг у Беларуси и стоит ли ждать оттока инвесторов. При этом остались без ответа вопросы о цене присвоения и поддержания рейтинга, а также о реакции белорусских властей на оценки экспертов S&P.

Фото: пресс-служба S&P

«Рейтинг отражает риск невозврата денег»

— Можете на обывательском уровне, понятном для многих сравнении, пояснить, что значит рейтинг на уровне «B» с прогнозом «Негативный»?

— Представьте, что вы дали кому-то деньги в долг. Перед тем как это сделать, вы, скорее всего, задумались, насколько велик риск того, что эти средства вам вовремя не вернут (или вернут не в полном объеме) и попытались как-то его оценить. Если говорить совсем упрощенно, то рейтинг заемщика (эмитента) по сути отражает именно такой риск.

Рейтинг является нашим мнением относительно кредитоспособности заемщика, его возможностей и желания своевременно выполнять взятые на себя финансовые обязательства. Заемщиком может быть компания, банк, а может и страна в лице ее правительства или Министерства финансов.

У нас есть публичный кредитный рейтинг Беларуси, который на сегодняшний день находится, как вы отметили, на уровне «В». Это рейтинг так называемой неинвестиционной категории, что указывает на повышенные кредитные риски. Рейтинги являются относительными индикаторами кредитоспособности — мы не ассоциируем с конкретным уровнем рейтинга какую-то точную вероятность дефолта, но, например, говорим, что кредитный риск на уровне рейтинга «BBB-» (это рейтинг России) ниже, чем такой риск на уровне «В».

Негативный прогноз по рейтингам Беларуси означает, что, по нашему мнению, существует повышенная вероятность снижения рейтинга в течение года.

— Как часто вы пересматриваете рейтинги? Или вы реагируете на события в стране, действия эмитента?

— На самом деле мы постоянно, на ежедневной основе, следим за происходящими событиями и тем, каким образом они могут повлиять на рейтинг. По требованиям финансовых регуляторов в регионе EMEA (Европа, Ближний Восток и Африка) мы пересматриваем суверенные рейтинги как минимум каждые 6 месяцев в соответствии с заранее опубликованным календарем. Такой календарь рейтинговых публикаций на год вперед мы выпускаем в декабре.

Вместе с тем, если между датами планируемых публикаций происходят события, влияющие на рейтинг, мы можем публиковать решения и вне календаря. Мы неоднократно это делали по целому ряду стран в последние годы, а публикация по Беларуси в сентябре, когда мы пересмотрели прогноз на «негативный» со «стабильного», является одним из недавних примеров.

«Уровень госдолга Беларуси — умеренный, его структура — неблагоприятная»

— Как могут развиваться события в финансовой системе Беларуси в случае сохранения в стране политического кризиса? Дефицит республиканского бюджета по итогам января-июля составил 1,4 млрд рублей и по итогам года, по оценке Минфина, может вырасти до 5 млрд рублей. Какие ваши ожидания?

— Сохранение политического кризиса в течение продолжительного срока несет в себе целый ряд краткосрочных и среднесрочных рисков для экономического роста, платежного баланса и финансовой системы. Говоря о бюджетных показателях, отмечу, что мы прогнозируем дефицит бюджета в размере 2,5% ВВП на 2020 год, что примерно эквивалентно 3,5 млрд белорусских рублей. Чистый государственный долг вырастет на 11 процентных пунктов с 24% ВВП в конце 2019 года до 35% ВВП к концу 2020 года. Это, конечно, существенный скачок.

— Насколько размер госдолга комфортен для страны?

— Если смотреть исключительно на уровень госдолга Беларуси, то он умеренный, даже учитывая текущую негативную динамику. 35% ВВП к концу года — это ниже, чем во многих других развивающихся рынках, например, Бразилии, Мексике или Южной Африке.

Вместе с тем структура государственного долга Беларуси неблагоприятная: он почти целиком номинирован в иностранной валюте, поэтому общий уровень долговой нагрузки заметно растет при ослаблении обменного курса белорусского рубля. К этому можно добавить довольно «тяжелый» график погашения: Беларуси предстоит выплачивать в среднем 3 млрд долларов валютного госдолга ежегодно на протяжении последующих трех лет. Для сравнения, на 1 октября международные резервы Национального банка Беларуси составляли 7,3 млрд долларов.

— Вы пишете, что существуют риски для стабильности финансовой системы Беларуси, учитывая недавнее увеличение конвертации депозитов из национальной валюты в иностранную и частичный вывод вкладов из банковской системы страны. В августе это действительно была большая проблема. За сентябрь ситуация стабилизировалась? Насколько велика вероятность повторения августовских событий?

— Исходя из последних данных, ситуация в сентябре несколько стабилизировалась, однако отток депозитов продолжался, хотя и меньшими темпами: депозиты физических лиц в иностранной валюте сократились на 470 млн долларов за сентябрь по сравнению с сокращением на 620 млн в августе. Объем рублевых депозитов физических лиц не изменился, а юридических — вырос.

Важным индикатором также является уровень международных резервов Национального банка: за август они сократились на 15%, что весьма значительно для одного месяца. В сентябре же общий объем резервов практически не изменился, и это при том, что Беларусь еще не получила кредиты от России и ЕФСР. Но все-таки, на наш взгляд, риски сохраняются, и наши рейтинги белорусских банков с сентября находятся на пересмотре с негативными ожиданиями.

Сложно сказать, что конкретно может привести к повторению августовских событий, но понятно, что эпизоды повышенной неопределенности — экономической или политической — ведут к стремлению населения обезопасить свои сбережения, переводя их в иностранную валюту и в отдельных случаях «под матрас». Такая реакция и традиционно высокий уровень долларизации свидетельствуют о низком уровне доверия к белорусскому рублю и финансовой системе. Это не уникальный для Беларуси феномен, а достаточно типичная ситуация в странах постсоветского пространства.

— В телеграм-каналах также муссируется предположение о том, что государство может пойти на заморозку депозитов в случае оттока вкладов. Как вы считаете, белорусским властям есть смысл идти на этот шаг?

— Думаю, что это совсем крайняя мера. В определенных случаях она, конечно, может помочь сохранить резервы Нацбанка, но приведет к множеству других проблем, включая кризис доверия к валюте, а также негативным последствиям для экономического роста. В случае продолжающегося большого оттока, предполагаю, что правительство будет, прежде всего, рассматривать возможность дополнительного займа от России или, например, Китая, чтобы удовлетворить этот повышенный спрос.

Другой опцией в такой ситуации могли бы быть кредиты от международных финансовых институтов, таких как МВФ. Учитывая события после президентских выборов, включая непризнание многими западными странами их результатов, реакцию властей на мирные протесты и введение санкций, займы от международных институтов в данный момент выглядят очень маловероятными.

«Сокращение экономики усугубит финансовое положение предприятий»

— Какие перспективы у белорусской экономики? Какую роль играет здесь пандемия и политический кризис?

— В отсутствие структурных реформ не стоит ожидать впечатляющих темпов роста. Давайте вспомним динамику до пандемии: в 2017—2019 годах экономический рост в среднем составлял всего 2% в год. Это неплохой результат для некоторых высокоразвитых западных экономик, но для развивающихся рынков является, несомненно, скромным показателем.

Важно отметить, что белорусские власти провели ряд экономических реформ в области монетарной и фискальной политики в последние несколько лет: улучшилась бюджетная дисциплина, в стране действует гибкий обменный курс, инфляция снизилась и держится на уровне 5−6%.

Это необходимые, но недостаточные условия для поступательного развития: остаются проблемы, во-первых, слабой и централизованной институциональной системы, а также неэффективных госпредприятий. Пандемия и политический кризис наложат дополнительный отпечаток: экономика в 2020 году сократится, и мы не ожидаем, что темпы роста превысят 1,5−2% в среднесрочной перспективе.

— Как на ситуацию в белорусской экономике может повлиять Россия? Насколько Минску хватит кредита в 1,5 млрд долларов, чтобы перевести дыхание?

— По сути, эти 1,5 млрд долларов являются рефинансированием долгов. Они помогут снизить давление на платежный баланс страны в краткосрочной перспективе, но на общую картину роста вряд ли сильно повлияют.

— Наибольшая доля проблемных кредитов в банковской системе принадлежит госпредприятиям, платежеспособность которых в конечном счете зависит от поддержки со стороны государства. На 1 сентября, по официальным данным Нацбанка, доля необслуживаемых активов составляла в банковской системе 5,1% при пороговом значении 10%. Ожидаете ли вы ухудшения качества кредитного портфеля банков и роста доли проблемных долгов?

— Точно спрогнозировать динамику проблемных активов сложно, но мы ожидаем ухудшения качества кредитного портфеля банков в этом году. Связано это и с негативным эффектом от пандемии коронавируса, и с динамикой белорусского рубля, учитывая, что более половины кредитов номинировано в иностранной валюте, соответственно, их становится дороже обслуживать.

Фото: пресс-служба БМЗ

Большое количество малоэффективных госпредприятий — давняя и известная проблема белорусской экономики, о которой неоднократно говорили в том числе представители МВФ. Многие из этих предприятий уже находились в непростом финансовом положении в последние годы, а учитывая прогнозируемое сокращение экономики в этом году, ситуация станет более сложной.

— Как вы оцениваете способность государства поддерживать в текущих условиях реальный и банковский сектор? Какова вероятность банкротства белорусских банков?

— На наш взгляд, перспективы предоставления поддержки довольно неопределенные. Возможны дополнительные вливания в капитал системно значимых государственных банков, а также конвертация существующих государственных депозитов в другие инструменты с более длительными сроками погашения, что может поддержать банковский сектор (такого рода решения могут быть приняты, если капитализация ухудшится по сравнению с текущим уровнем). Вместе с тем, способность правительства оказать более широкомасштабную помощь банкам или экономике в случае стресса более ограничена, учитывая фискальные показатели и график выплат долга на уровне Минфина. Помимо Минфина, в определенных случаях поддержку ликвидностью может оказать Национальный банк с учетом складывающейся ситуации в банковском секторе и на валютном рынке.

«Часть бизнеса может переехать в другие страны»

— Давайте еще поговорим про инвестклимат в Беларуси. Кажется, за август-сентябрь действующая власть наломала столько дров (жесткие действия силовиков, локдаун с интернетом, наплевательское отношение к закону), что в Беларусь уже никто не будет вкладывать деньги. Это слишком пессимистическая оценка? Хотя вот недавно в Минск прилетал шейх из ОАЭ, обещал серьезные инвестиции, но многие к этому скептически отнеслись, зная про особые отношения правящих семей двух стран.

— Приток прямых иностранных инвестиций в Беларусь традиционно был небольшим. Учитывая события после выборов и продолжающуюся политическую неопределенность, он может сократиться еще больше. Это касается в том числе и IT-сектора.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Привлечение зарубежного капитала — непростая задача, и многие страны конкурируют, пытаясь создать для этого благоприятные условия. Технологический сектор Беларуси активно развивался в последние годы, был важным драйвером экономического роста. Но есть и другие страны, которые стараются привлечь IT-компании и специалистов, например, Украина или Эстония. При неблагоприятной обстановке в Беларуси часть бизнеса может просто переехать туда.

— В августе на фоне первой волны протестов и их жесткого подавления котировки белорусских евробондов снизились. Потом произошло постепенное восстановление. Существует ли риск, что Беларусь не сможет по ним рассчитываться? А инвесторы могут потребовать их досрочное погашение?

— Мы ожидаем, что Беларусь продолжит вовремя и в полном объеме обслуживать евробонды, а также другой государственный долг. У правительства имеется подушка безопасности в виде депозитов в иностранной валюте в Национальном банке, также в ближайшие месяцы поступят кредиты от России и ЕФСР. Вместе с тем, на горизонте 12−18 месяцев риски более высокие, что и отражено в нашем негативном прогнозе по рейтингам.

Многое зависит от развития политической ситуации в Беларуси, готовности России продолжать предоставлять поддержку, а также динамики мировой экономики, что, в свою очередь, будет влиять на платежный баланс и доступ страны к международным рынкам капитала.

Говоря о досрочном погашении евробондов, инвесторы могут потребовать его только в случае возникновения конкретных событий, описанных в условиях выпуска. К ним, например, относится неисполнение Беларусью в срок долговых обязательств (необязательно евробондов) в объеме, превышающем установленный минимум. Мы не ожидаем такого развития событий.

Источник: TUT.BY
Автор: Александр Заяц
TUT.BY



Система Orphus

Оставить свой комментарий можно после
регистрации на сайте или в чате Telegram